 |
|
Нервно дергающийся, с крикливым лицом, человек, сидевший на председательском месте, т.е. в центре, сказал: ..
Знай я, кто он такой, стал бы я вас беспокоить, как вы думаете! - Ну да, - успокоительно отозвался инспектор. - Но, может быть, ..
- Тогда он стоит десяти тысяч таких, как я. Я не осмелюсь сравнить себя с ним, Ибо Гао проникает в строение духа. Постигая сущность, он забывает несуще..
Смотрите также:
Библиография произведений Д. Уэстлейка
Утонувшие надежды. Дональд Уэстлейк
Вы читаете «Жертвенный лицедей», страница 117 (прочитано 100%)
«361», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Дайте усопшему уснуть», закладка на странице 10 (прочитано 8%)
«Девушка из моих грез», закладка на странице 10 (прочитано 29%)
- Если он посмеет еще раз заявиться сюда, я ему такого пинка ввалю, что
улетит прямиком в Штаты.
- Уж не собираешься ли ты остаться здесь навсегда? Пэт пожала плечами.
- Побуду, пока не потянет куда-нибудь в другое место, - ответила она. -
Рой пришлет мне денег. Он чувствует себя в долгу передо мной.
- На самом деле эта шутка природы в долгу передо мной, - сказал
Гроуфилд. Пэт засмеялась.
- Я сама взыщу с него твой долг.
- Уже будь добра, - Гроуфилд опять взглянул на часы. - Нам пора в путь.
- До гостиницы всего час езды, - сказала Пэт.
- Я знаю.
- Пэт покосилась на него.
- О-о, - понимающим тоном протянула она. - Ты намекаешь, что хочешь
проститься со мной?
- Вот именно, - ответил Гроуфилд.
- В гостинице?
- Вот именно, - ответил Гроуфилд.
- Сердечно? И долго-долго?
- Вот именно, - ответил Гроуфилд.
- Часа два?
- По меньшей мере.
- Тогда, пожалуй, пора ехать, - сказала она.
-------------------------------------------------------
1) - Гумберт Гумберт - персонаж, от имени которого ведется
повествование в романе В. Набокова Лолита.
Страницы: (117) : <<
Тем временем:
... На что мне мякоть?
Что я,
баба, что ли? И никто за мою мякоть не погребует держаться. "Ты,
говорит,
смотри-ка мне любезней". А ему в ответ: "Ты знаешь, что в
Октябрьском
перевороте я Кремль от юнкерей отбирал?" - "Знаю".- "Знаешь, говорю,
что при
штурме мне юнкерская пуля в мочевой пузырь попала и до сего дня
катается
там, как гусиное яйцо?" - "Знаю, говорит, и очень сильно уважаю
твою пулю,
какая в пузыре".- "Ну, то-то и оно, пулю мою ты не жалей, потому
она жиром
обрастает, и не в пятку, так в другое место кровя ее вытянут, а
жалей ты тех
наших бойцов, какие на фронтах сражаются, и чтоб они с голоду не
сидели".-
"Иди",- говорит, головой покачивает и тяжко вздыхает. Значит, вроде
жалко
ему стало бойцов, или как? Приятно. Иду я обратно и качаю хлеб.
И до того
докачался, что осталась на мужике одна шерсть. И тово добра бы
лишился, на
валенки обобрал бы, но тут перевели Гольдина в Саратов. Через неделю
бац от
него телеграмма: "Донпродкому выехать мое распоряжение Саратов".
Подписано:
"Саратовский губпродкомиссар Гольдин".
В вагоне едем туда. Приятно.
Через вшей я от эшелона отстал, пошел на станции парить их
в бане.
Убиваю их там, сижу, смеюсь про себя: "Вот, мол, с кем я нажил,
с кем я
прожил, с кем я по миру пошел". А эшелон сгребся и уехал. Приятно.
Я в Саратов. Нету ни Гольдина, ни нашего Донпродкома. Спрашиваю:
куда
делись? Гольдина, дескать, в Тамбов послали накомиссаровать, и
предком за
ним хвостом потянулся. Приятно. "А промежду прочего, подите,-
указывают
мне,- в Донисполком, там узнаете".- "Где Донисполком?" - "В
гостинице
"Россия". Приятно. Прихожу. "Здесь Донисполком?" - "Здеся, отвечают,
второй
этаж, третий нумер"...
