 |
|
Сэр Евстафий вышел из себя. — Вы совершенно не нужны здесь! — воскликнул он. Сыщик не реагировал. — Вы принесли бы гораздо больше пользы, стоя на каком нибудь перекрестке! — продолжал лорд...
For the sake of validating this premise don Juan concentrated the best of his efforts into leading me to a g..
И я молю Господа помочь мне преодолеть сопротивление отца; и для того, чтобы моя страстная мольба была услышана, я пишу..
Смотрите также:
Библиография произведений Д. Уэстлейка
Утонувшие надежды. Дональд Уэстлейк
Вы читаете «Человек, изменивший лицо», страница 1 (прочитано 0%)
«361», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Дайте усопшему уснуть», закладка на странице 10 (прочитано 8%)
«Девушка из моих грез», закладка на странице 10 (прочитано 29%)
«Жертвенный лицедей», закладка на странице 10 (прочитано 8%)
«Проклятый изумруд», закладка на странице 10 (прочитано 8%)
«Восковое яблоко», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Банк, который булькнул», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Как аукнется…», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Приключение — что надо!», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Все дозволено», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Дональд УЭСТЛЕЙК (под псевдонимом Ричард СТАРК)
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Глава 1
Размотав бинты, Паркер взглянул в зеркало на незнакомое лицо. Кивнул ему, потом посмотрел на отражение доктора Адлера. Паркер находился в клинике немногим более четырех недель. После конфликта с одним из синдикатов Нью-Йорка, особенно после дерзкой экспроприации некоторой суммы, принадлежавшей этому синдикату, или Компании, как они себя называли, Паркеру срочно понадобилось изменить свое лицо. Теперь, после операции, оно совершенно не напоминало прежнее. За новую физиономию Паркер заплатил почти восемнадцать тысяч, и от заработанного у него осталось только девять.
Итак, Паркер стоял перед зеркалом, внимательно вглядываясь в чужое лицо. Он увидел длинный, прямой птичий нос, плоские теки, большой, почти безгубый рот, выступающую вперед челюсть. Крошечные швы под бровями оттягивали их немного вниз. Прежними остались только глаза - узкие, холодные, твердые.
Работа была выгодная. Платили вперед. И Паркер снова одобрительно кивнул своему новому лицу в зеркале. Потом повернулся и посмотрел на доктора. Тот бросил бинты в корзину для мусора.
- Когда отсюда можно выбраться?
- В любое время, когда захотите.
Доктор Адлер был высок, костляв, седовлас. С 1931 по 1939 год он был членом калифорнийской коммунистической партии, а потом загремел в лагеря. После второй мировой войны он делал пластические операции в Оригоне, потом приобрел частную практику в Сан-Франциско. Но в 1949 году комиссия конгресса вспомнила о его прошлом. И с 1951 года его пластические операции объявили вне закона. Только в больнице штата Небраска, неподалеку от Линкольна, хирург смог продолжить свою работу.
Доктор Адлер прошелся по комнате и остановился у двери.
- Когда оденетесь, сойдите вниз, в мой кабинет. Для вас там есть письмо.
- От Джо Шира?
- Наверное, от него.
Джо Шир был старым другом Паркера, который поручился за него доктору. Врач ушел. Паркер открыл шкаф, вынул темно-коричневый, ненадеванный костюм, который купил как раз перед больницей. Сбросив белую пижаму, Паркер облачился во все новое и опять оглядел себя в зеркале во весь рост. Он был высок, строен, с квадратными боксерскими плечами и узкой талией. Ноги длинные, крепкие. Огромные ручищи перевиты выступающими венами. Он отнюдь не был похож на человека, который делает деньги, сидя за столом. Новое лицо его не портило, как впрочем и старое. Удовлетворившись своей внешностью, Паркер взял чемодан и спустился вниз.. Больница занимала большое здание. Кабинет доктора, приемная, жилые комнаты для персонала были на первом этаже.
Тем временем:
... - Ну, хватит обо мне.
Расскажи, что там у вас делается. Как ты себя чувствуешь?
"У Вас идеальное здоровье, Дорис". Это слова доктора Раша. "Вы
доживете до 100 лет". Вот ирония жизни. - Я чудесно себя чувствую. - Так
тебе и надо.
- Не обзавелась еще приятелем? - поддразнила ее Трейси.
С тех пор, как пять лет назад отец Трейси умер, Дорис Уитни даже
слышать не хотела о другом мужчине, несмотря на согласие дочери.
- Нет никаких приятелей, - она переменила тему разговора. - Как твоя
работа? Все еще радует тебя?
- Мне нравится. Чарльз считает, что после нашей свадьбы мне не стоит
работать.
- Отлично, детка. Приятно слышать такое благоразумное мнение, он
настоящий мужчина.
- Он такой. Ты скоро убедишься в этом сама.
Раздался раскат грома, подобно закулисному гонгу. Время. Сказать
больше нечего, кроме прощальных слов.
- До свидания, дорогая, - она постаралась, чтобы ее голос звучал
ласково и заботливо.
- Я увижу тебя на свадьбе, мамочка. Как только мы с Чарльзом будем
знать день, я сразу же позвоню тебе.
Осталось только сказать заключительную фразу:
- Я люблю тебя, очень, Трейси, - и Дорис Уитни осторожно положила на
место телефонную трубку.
Она подняла пистолет. Был только один способ сделать это. Быстро
прислонив пистолет к виску, она нажала на курок.
2
Филадельфия. Пятница, 21 февраля - 8...
